Подборка книг по тегу: "случайная встреча"
Дверь кабинета открылась, я подняла глаза… и мое сердце сделало кульбит, чуть не проломив грудную клетку.
Высокий. Широкоплечий. Темные волосы с проседью. Резкое, холодное лицо. Медицинский костюм, белый халат. Это был он. Мужчина, в чью машину я врезалась. Мужчина, который назвал меня идиоткой.
— Знакомьтесь, — с добродушной улыбкой сказал Николай Петрович, жестом указывая на вошедшего. — Семен Игнатьевич Верещагин, заведующий отделением кардиологии.
Он сел напротив меня, скрестил руки на груди и холодно бросил:
— Вы?
— Я, — ответила, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
Он хмыкнул, взял со стола мою папку с документами, открыл и начал листать.
— Надеюсь, работаете вы лучше, чем водите машину, — произнес он, не поднимая глаз.
Высокий. Широкоплечий. Темные волосы с проседью. Резкое, холодное лицо. Медицинский костюм, белый халат. Это был он. Мужчина, в чью машину я врезалась. Мужчина, который назвал меня идиоткой.
— Знакомьтесь, — с добродушной улыбкой сказал Николай Петрович, жестом указывая на вошедшего. — Семен Игнатьевич Верещагин, заведующий отделением кардиологии.
Он сел напротив меня, скрестил руки на груди и холодно бросил:
— Вы?
— Я, — ответила, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
Он хмыкнул, взял со стола мою папку с документами, открыл и начал листать.
— Надеюсь, работаете вы лучше, чем водите машину, — произнес он, не поднимая глаз.
Что я вообще здесь забыла, в доме незнакомца?
Кричать и бежать искать свои вещи. Возвращаться к машине и ехать домой… Вот что нужно, но я закусываю губу и выгибаюсь, прикасаясь спиной к его мокрой от пота груди.
Ласки Романа становятся смелее. Он прикусывает кожу на шее, а потом облизывает это место. Словно зверь. Дикарь. Но только мой дикарь…
Кричать и бежать искать свои вещи. Возвращаться к машине и ехать домой… Вот что нужно, но я закусываю губу и выгибаюсь, прикасаясь спиной к его мокрой от пота груди.
Ласки Романа становятся смелее. Он прикусывает кожу на шее, а потом облизывает это место. Словно зверь. Дикарь. Но только мой дикарь…
Она бежала от предательства. Он — от собственной памяти.
Гроза заперла их в одной избушке на краю леса: разбитую городскую женщину и солдата, который помнит только ад.
Одна ночь. Лихорадка, тепло, безумие — и утреннее «это ошибка», от которого рушится всё.
Но что делать, если израненный зверь уже стал единственным, ради кого хочется жить?
Сможет ли любовь исцелить того, кто считает себя недостойным?
Он думал, что сломан. Она доказала, что жив.
Гроза заперла их в одной избушке на краю леса: разбитую городскую женщину и солдата, который помнит только ад.
Одна ночь. Лихорадка, тепло, безумие — и утреннее «это ошибка», от которого рушится всё.
Но что делать, если израненный зверь уже стал единственным, ради кого хочется жить?
Сможет ли любовь исцелить того, кто считает себя недостойным?
Он думал, что сломан. Она доказала, что жив.
– Мне не хватает тебя, Виталь.
Сердце ускоряется раньше, чем я успеваю понять, почему.
– Девочка моя, – доносится до меня знакомый голос. – Я же работаю. Кто же будет оплачивать все наши счета? Да и жена начнет задавать вопросы.
– Тогда разведись с ней. Ты сам говорил, что она стала привычной и не возбуждает. Что тебя притягивает мое изящное тело, наивность в глазах, что со мной ты чувствуешь себя сильным, главным, настоящим мужчиной. А с ней нет.
– Да, но развод – это такой головняк, и столько всего делить надо.
Двадцать лет я была его женой, родила дочь, подняла салон с нуля, делила с ним радости, долги, бессонные ночи.
А он заводит себе в любовницы молоденькую девушку и говорит ей, что развод со мной – это головняк?
Я не буду кричать. Не буду устраивать сцен. Не буду просить его остаться.
Я просто похороню то, что уже мертво.
И сделаю это так красиво, что заиками останутся.
Сердце ускоряется раньше, чем я успеваю понять, почему.
– Девочка моя, – доносится до меня знакомый голос. – Я же работаю. Кто же будет оплачивать все наши счета? Да и жена начнет задавать вопросы.
– Тогда разведись с ней. Ты сам говорил, что она стала привычной и не возбуждает. Что тебя притягивает мое изящное тело, наивность в глазах, что со мной ты чувствуешь себя сильным, главным, настоящим мужчиной. А с ней нет.
– Да, но развод – это такой головняк, и столько всего делить надо.
Двадцать лет я была его женой, родила дочь, подняла салон с нуля, делила с ним радости, долги, бессонные ночи.
А он заводит себе в любовницы молоденькую девушку и говорит ей, что развод со мной – это головняк?
Я не буду кричать. Не буду устраивать сцен. Не буду просить его остаться.
Я просто похороню то, что уже мертво.
И сделаю это так красиво, что заиками останутся.
Нет ничего хуже столкнуться с человеком, с которым ты совсем не хочешь сталкиваться.
С которым даже не собиралась сталкиваться хоть ещё раз в своей жизни.
- Просите, я вас задел? – Покровский трогает меня за плечо, а я сжимаюсь в комочек и очень не хочу оборачиваться.
- Всё в порядке, - хватаю свой латте и убегаю из кафе.
А потом прячусь в машине съехав по сиденью вниз и наблюдаю за мужчиной, разрушившим мою жизнь.
Да-да! Разрушившим. Первых не забывают. Так говорят?
Вот и я никак не могу забыть, хотя уже семь лет прошло.
Семь, твою мать, грёбанных долгих лет. Семь лет – это целая вечность.
Мини-жизнь, если хотите.
Но нет… Егор Покровский, мажор и сволочь, каких мало, сидит у меня в мозгах и в печёнках.
Даже в сердце слегка застрял.
А ТЕПЕРЬ Я УЗНАЮ, ЧТО ОН МОЙ НОВЫЙ БОСС!
С которым даже не собиралась сталкиваться хоть ещё раз в своей жизни.
- Просите, я вас задел? – Покровский трогает меня за плечо, а я сжимаюсь в комочек и очень не хочу оборачиваться.
- Всё в порядке, - хватаю свой латте и убегаю из кафе.
А потом прячусь в машине съехав по сиденью вниз и наблюдаю за мужчиной, разрушившим мою жизнь.
Да-да! Разрушившим. Первых не забывают. Так говорят?
Вот и я никак не могу забыть, хотя уже семь лет прошло.
Семь, твою мать, грёбанных долгих лет. Семь лет – это целая вечность.
Мини-жизнь, если хотите.
Но нет… Егор Покровский, мажор и сволочь, каких мало, сидит у меня в мозгах и в печёнках.
Даже в сердце слегка застрял.
А ТЕПЕРЬ Я УЗНАЮ, ЧТО ОН МОЙ НОВЫЙ БОСС!
Я всегда считала себя разумной женщиной.
До тех пор, пока я не свалилась прямо на незнакомого мужчину.
Он — наглый, огромный и совершенно невыносимый.
Я собиралась забыть его сразу же после нашего знакомства
Только вот у него, кажется, совсем другие планы.
До тех пор, пока я не свалилась прямо на незнакомого мужчину.
Он — наглый, огромный и совершенно невыносимый.
Я собиралась забыть его сразу же после нашего знакомства
Только вот у него, кажется, совсем другие планы.
— Ты мне не подходишь. Понимаешь?
Несколько лет отношений и уже назначенную свадьбу мой жених пересчитал, взвесил и признал нерентабельными. Он говорил мне это, а рядом сидела она. Старше, но богаче, готовая инвестировать в его очередной стартап. Выбор для Николая был очевиден.
Я привыкла тащить на себе всё: свой небольшой бизнес, кредиты, поставщиков и даже его амбиции. Я, наверно, была очень удобной… До того самого вечера, когда случайно увидела, как мой будущий муж целует руки другой женщине.
Я не стала устраивать истерик. Сняла подаренное им кольцо, вложила ему в руку и ушла. А потом был поезд, случайное купе и мужчина, который не спрашивал, что со мной случилось. Он просто подвинул ко мне коробку с пирожными и сказал: «Ешь. Сладкое лечит».
Мы договорились, что между нами лишь формат «без обязательств». Но когда бывший жених решил начать мне мстить, именно этот «просто любовник» оказался тем, кто готов защитить меня от прошлого.
Не только от моего, но и своего...
Несколько лет отношений и уже назначенную свадьбу мой жених пересчитал, взвесил и признал нерентабельными. Он говорил мне это, а рядом сидела она. Старше, но богаче, готовая инвестировать в его очередной стартап. Выбор для Николая был очевиден.
Я привыкла тащить на себе всё: свой небольшой бизнес, кредиты, поставщиков и даже его амбиции. Я, наверно, была очень удобной… До того самого вечера, когда случайно увидела, как мой будущий муж целует руки другой женщине.
Я не стала устраивать истерик. Сняла подаренное им кольцо, вложила ему в руку и ушла. А потом был поезд, случайное купе и мужчина, который не спрашивал, что со мной случилось. Он просто подвинул ко мне коробку с пирожными и сказал: «Ешь. Сладкое лечит».
Мы договорились, что между нами лишь формат «без обязательств». Но когда бывший жених решил начать мне мстить, именно этот «просто любовник» оказался тем, кто готов защитить меня от прошлого.
Не только от моего, но и своего...
Я думаю, как расскажу ей, что в клинике всё перепутали и я настоящий отец её детей.
И вот в трубке идут гудки, я откашливаюсь, барабаня пальцами по рулю.
И слушаю… слушаю…
И уже собираюсь отключиться, когда наконец раздается женский голос.
— Алло...
Она отвечает так тихо, словно очень устала.
— Таисия?
— Да...
— Меня зовут...
Договорить я не успеваю. Где-то совсем рядом с ней раздается отчаянный детский крик.
— Мама!
Потом второй. Нет… это не игра… и не детская истерика. Голос у ребёнка испуганный. Он будто захлёбывается слезами.
— Мамочка!
Следом слышится какой-то грохот. Женщина резко начинает говорить уже совсем другим голосом, обращаясь к детям.
— Не отходите от меня! Оба ко мне! Быстро!
Потом она вдруг вспоминает про телефон.
— Господи... Кто бы вы ни были... — Голос дрожит. — Если можете... Помогите нам...
И вот в трубке идут гудки, я откашливаюсь, барабаня пальцами по рулю.
И слушаю… слушаю…
И уже собираюсь отключиться, когда наконец раздается женский голос.
— Алло...
Она отвечает так тихо, словно очень устала.
— Таисия?
— Да...
— Меня зовут...
Договорить я не успеваю. Где-то совсем рядом с ней раздается отчаянный детский крик.
— Мама!
Потом второй. Нет… это не игра… и не детская истерика. Голос у ребёнка испуганный. Он будто захлёбывается слезами.
— Мамочка!
Следом слышится какой-то грохот. Женщина резко начинает говорить уже совсем другим голосом, обращаясь к детям.
— Не отходите от меня! Оба ко мне! Быстро!
Потом она вдруг вспоминает про телефон.
— Господи... Кто бы вы ни были... — Голос дрожит. — Если можете... Помогите нам...
— Вы самоуверенны.
— Я просто знаю, чего хочу.
— И чего же?
Вместо ответа он поднял руку и едва ощутимо коснулся моего лица, проведя большим пальцем по скуле. Мимолётное прикосновение отозвалось где-то глубоко внутри, будто он нащупал тот самый стержень, который у меня отняли.
Я поспешно отшатнулась.
— Не надо.
— Почему?
— Потому что я не такая.
— Какая?
— Я не знакомлюсь в клубах. Не позволяю незнакомцам прикасаться к себе. Не...
— Не умеете расслабляться? Могу научить…
Я пришла в клуб, чтобы забыть бывшего парня - изменщика. Однако вместо просто отдыха позволила незнакомцу то, чего не позволяла никому, — и сбежала, как трусиха.
Случайная ночь. Так я думала. Так я надеялась.
Но у этого властного мужчины были на меня совсем другие планы…
— Я просто знаю, чего хочу.
— И чего же?
Вместо ответа он поднял руку и едва ощутимо коснулся моего лица, проведя большим пальцем по скуле. Мимолётное прикосновение отозвалось где-то глубоко внутри, будто он нащупал тот самый стержень, который у меня отняли.
Я поспешно отшатнулась.
— Не надо.
— Почему?
— Потому что я не такая.
— Какая?
— Я не знакомлюсь в клубах. Не позволяю незнакомцам прикасаться к себе. Не...
— Не умеете расслабляться? Могу научить…
Я пришла в клуб, чтобы забыть бывшего парня - изменщика. Однако вместо просто отдыха позволила незнакомцу то, чего не позволяла никому, — и сбежала, как трусиха.
Случайная ночь. Так я думала. Так я надеялась.
Но у этого властного мужчины были на меня совсем другие планы…
– Пожалуйста, нет! – реальность меня захлестнула, и я стала биться.
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
Выберите полку для книги